Смешные рассказы

Недавно заказчики, лица кавказской национальности, попросили усовершенствовать систему видеонаблюдения в игровом клубе. Требовали «видяху», как в кино — камеры, снимающие в ультрафиолете, в мечтах хозяев клуба демонстрировали бы на мониторе пятна от различных жидкостей. Стёкла же на камерах должны были быть разноцветными, чтобы картинка была красной, зелёной или синей. В наличии имелся видеорегистратор лохматого года выпуска со скоростью записи 1 кадр/с и 12 корпусных камер. Собственно, нужно было эти объективы подобрать. Предложил заказчикам использовать светофильтры, но они отказались: не надо, мол, фильтры, хотим сами стёклышки разноцветные, раз деньги есть — делайте как в кино! Я так и не узнал, что за кино они смотрели — наверное, про супершпионов. Ультрафиолет в камерах наблюдения стараются фильтровать, чтобы не засвечивать видеоматрицу, да и объективов цветных не выпускают — зачем ухудшать картинку почём зря? Придумал самое «киношное» решение — предложил поставить купольные поворотные камеры с зумом и инфракрасной подсветкой, собрав это на интегрированной видеосистеме, а картинку отправлять на мобильники с возможностью управления камерой. Гордые кавказцы отказались, мотивируя тем же: «Бэз стёклищек!»

Простите уж за крик души — наболело. Офис, 27 человек личного состава. Сисадмин как таковой отсутствует, вместо него есть три человека (я — один из них), которые немного соображают в предмете. Героям положена двухтысячная «надбавка за вредность», на этом благодарности заканчиваются. Источник каждой четвёртой жалобы — зловредный дядька, испытывающий недоверие ко всем сотрудникам моложе него самого более чем на десять лет (то есть к нам). Опишу типовую ситуацию. Как обычно. что-то стряслось с виндой. «Исправляйте!» Смотрим в корень проблемы — открываем пару окон, запускаем менеджер процессов, глядим в очередь печати... Дядька спрашивает с вызовом: «А что это вы такое делаете? Вы вообще знаете, чем это лечить, или вы методом тыка собираетесь работать?» Отвечаем: «Без проверки ничего сказать не можем». Он обвиняет нас в некомпетентности и выставляет за дверь, не желая выслушивать объяснений. Через час история повторяется, только на этот раз зовёт нас не он, а наше непосредственное начальство. К предыдущим претензиям добавляется негодование: «А вы что, за это время выяснить ничего не смогли?» Апогеем стали два случая, произошедших за последний месяц. Дядька попросил ему что-то починить, оставив нам выключенный системник. Когда мы запустили машину, волной презрения накрыло с головой: «Что, вам мозгов не хватает определить, в чём проблема, не включая его?» Через неделю он выкатил требование: перед каждой операцией с его машиной мы обязаны составлять перечень предпринимаемых мер в письменном виде. Ну и как, скажите на милость, бороться с такими юзверями?

В свое время на баше был прикол: «Кто раньше разработает операционку — ACDSee или Nero?» В шутке была дола правды — разработчики обоих продуктов уже несколько лет подряд пытаются откусить лишний процент рынка внедрением функционала, очень далёкого от основных задач. Собственно, к делу. Недавно приобрел себе новый комп — старый сжег статикой, нечаянно коснувшись USB-разъема. При загрузке после стандартного отчёта о ресурсах и девайсах на экране появилась непонятная надпись — не могу, мол, загрузить Express Gate. Что ж за гейт такой? Курение мануалов прояснило ситуацию. Express Gate — маленькая быстрозагружаемая операционка на встроенной в материнку флешке, позволяющая выйти в интернет и посмотреть фотки со сменных носителей. Да, производитель биоса утер нос корпорациям с громкими именами — в буклете сообщалось, что получился самый быстрый в загрузке браузер, если считать со времени нажатия кнопки питания. Экспериментировать с загрузчиками компа не очень хочется, но вот сделаю бэкап — обязательно попробую!

Работаю руководителем айти-отдела. Случилось мне пойти в отпуск, но, как часто бывает с людьми нашей профессии, на службе пришлось появляться регулярно. В очередной визит ко мне обращаются девушки из отдела снабжения: — У нас картридж в принтере дурит чего-то. — В каком плане, простите, дурит?! — Всякий раз, как страничку напечатает, ругается, что не может прочитать данные картриджа. — А вот нефиг покупать всякие левые расходники! Сколько раз говорил — берите только фирменные картриджи! — Фирменные и есть. — Может, чип плохо на контакты встал? Вот что — вытащите картридж и вставьте снова. Если не поможет, попробуйте другой — видимо, брак. — Пробовали. Другой точно так же себя ведет. Плестись «в гости» не было никакого желания, но раз уж попался в лапы... Прихожу, печатаю, ловлю сообщение об ошибке. Хммм. А может, вся партия битая? Даю напутствие созвониться с магазином и узнать, не было ли других обращений по этой модели картриджей, и со спокойно совестью отправляюсь к дверям. Как только я взялся за ручку двери, в моем мозгу окончательно обрело осязаемую форму мрачное предчувствие, терзавшее меня с момента поступления жалобы. Молча подхожу к принтеру, извлекаю картридж, переворачиваю — так и есть, мне весело подмигивает оранжевая заглушка на чипе. Как?! Ладно, запихнули, хоть и слабым полом называетесь. Но почему принтер при этом печатал — ума не приложу.

Работаю монтажником в одном провайдере. Прихожу как-то к клиенту тянуть сеть. Вахтерша на входе спрашивает у меня, куда я направляюсь. Отвечаю, что я из такой-то фирмы, занимаюсь монтажом компьютерных сетей, и протягиваю документы. Женщина не отстаёт: — А вдруг вы маньяк какой-то? Не пущу я вас никуда. — Да какой же я маньяк? Я монтажник обычный, пришел сетку проводить. — Не дурачьте меня! Вдруг вы эксбиционист? Встанете где-то в коридоре или, ещё хуже, зайдете в чью-то квартиру и начнёте свое дело. А меня потом ругают, — продолжала вахтёрша. — Монтажник! Монтажник я! Вот кабель (приподнимаю бухту витой пары), вот мои инструменты (показываю ящик). — Ага, знаю я, что у вас за инструмент. Вы точно маньяк! Я выдал самый подходящий для такого случая ответ, поигрывая обжимкой и мотком витухи: — Если вы меня не пустите, я начну делать это прямо здесь. Вахтёрша молча открыла турникет. Я долго ржал возле узла с оборудованием, не в силах приступить к работе.

Недавно с сервером произошла неприятность. В безопасном режиме загрузка не шла, а в обычном на долю секунды выскакивал синий экран, после чего сервер, весело пискнув, уходил в перезагрузку. Если бы только знать, что было написано на «экране смерти»... Полчаса проверки реакции путем фотографирования экрана монитора на телефон ничем не закончились, а нормального фотоаппарата в соседних кабинетах тоже не нашлось. Инженерная мысль вспомнила про веб-камеру, хотя, конечно 0,3 мегапиксела не вселяли доверия. Компьютер, на котором были установлены драйвера для камеры, стоял через стенку от сервака. Чудом найденный пятиметровый USB-удлинитель я просунул через дырку в стене рядом с батареей отопления. Был найден и штатив для камеры по имени Максим, настройка которого производилась криками «Выше! Левее!» под дружный гул серверов. Процесс загрузки после нескольких неудачных попыток всё-таки был заснят на видео. Путем покадрового просмотра был найден момент с появлением «экрана смерти» — минута фотошопа, и из горстки мутных пикселов проступила печально известная надпись «IRQL_NOT_LESS_OR_EQUAL».

Принтер перестал жрать бумагу — начальство затопало ногами и отправило меня разбираться. Сел копаться, через пару часов проблема была локализована, и стало ясно, что сам я с ней справиться не смогу. Вызвали мастера, он за пару часов добился примерно тех же результатов. Принтер был старенький и давно просился на покой. Начальство дало добро, и я притаранил новый — правда, подключить не успел, отложив торжественный запуск на завтра. С утра прихожу и вижу, как блондиночка-секретуточка, которой в день трагедии в офисе не было, лихо что-то печатает на уже списанном принтере! Начальство движется ко мне, насвистывая марш Шопена. Все, думаю, кирдык. Подходим к девочке. 18 лет, приехала поступать и не поступила — милое создание, никем и никогда не уличённое в интеллектуальной активности. Как? Оказалось, что для того, чтобы осознать, что бумага из лотка не уходит, потому что стёрлись подающие валики, ей понадобилось пять минут и небольшая серия экспериментов со стаканом воды — мокрый валик бумагу держит великолепно. Для решения же проблемы ей понадобилось ещё меньше времени и немного жевательной резинки. Я попробовал реабилитироваться перед начальством, предложив усовершенствовать систему с использованием двустороннего скотча, но инициатива была отвергнута. Меня, конечно, не уволили, но урок был усвоен — теперь над тупыми юзверями глумиться я себе не позволяю. Кстати, обмотанные жвачкой валики уже месяц исправно работают.

Как-то раз в советские времена довелось мне посетить «машинный зал» оборонного завода N. Прихожу рано утром, набираю на цифровом замке код — дверь не открывается. Набираю другой код, вхожу, включаю ЕС, иду ставить магнитные ленты на лентопротяжки. Слышу сзади: «Стой, соколик, где стоишь, и руки вверх!» Оборачиваюсь. Бабушка — божий одуванчик с «макаровым». «Пошли, — говорит, — к начальнику охраны, будем разбираться, кто ты такой и как оказался на территории режимного ВЦ во внеурочное время». А мне-то что — допуск и предписание у меня есть. «Пойдёмте, — отвечаю, — раз такое дело». Начальник охраны оказался бдительным соколом сталинского разлива. Пролистал мои документы, скривился и говорит: «В принципе, ты имеешь право здесь находиться, но есть одна большая неувязка. Я с утра код на двери в машинный зал сменил, но никому его не сообщал и не сообщу до завтрашней утренней планёрки. Ты его уже знаешь. Что это значит? У нас утечка информации!» И смотрит на меня исподлобья с хитрым прищуром. Битых два часа пришлось мне ему доказывать, что я, недавний выпускник мехмата, страшным усилием мозга чисто случайно догадался, какой будет код на двери 2 января 1985 года, если предыдущий код был «1984».

Забавная всё-таки штука — программирование! Лет пятнадцать назад разработчик пишет красивую, изящную и компактную программу. Последователи добавляют ещё один режим вызова, изменяющий соглашение о передаче параметров. Ещё через пяток лет добавляется третий режим с обходной точкой входа и взятием необходимых данных из файла. Программа умеет работать как в интерактивном, так и в пакетном режиме, при этом может оставаться реентерабельной, не выполняя реинициализацию при повторном входе, и вызывается в разных режимах из нескольких прикладных пакетов. И вот модифицированный код составляет уже 40% текста программы. Настаёт момент, когда авторский алгоритм перестаёт работать для определённой комбинации параметров. Причём определяется это не тестированием, а эмпирически — по жалобам клиентов. Изрядно поломав голову и отладчик, приходится в очередной раз крушить остатки стройной концепции и дописывать условную принудительную реинициализацию переменных посреди красивого авторского кода. Что делает программа? Фигню — печатает PIN-конверты для банковских карточек. Обычная такая банковская программа, написанная не самыми бездарными программерами. У нас тут ещё миллион таких. Как там у классиков? «Если бы строители строили здания так, как программисты пишут программы, то первый залетевший дятел разрушил бы цивилизацию». Верю!

В конце девяностых я руководил отделом мультимедиа в одной компьютерной фирме. Отдельного кабинета у меня не было, и сидел я в небольшой комнате, которая помимо прочего использовалась как торговый зал для разной мелочёвки. В частности, на стеллажах лежало несколько подарочных мышей Genius ярких расцветок: коралловая, перламутровая, морёный дуб. Фирма закрывалась в шесть вечера, но я часто засиживался допоздна. Как-то раз в половине восьмого слышу я, как в дверь кто-то скребётся. Входит мужик и начинает озираться. — Добрый вечер, что вы хотели? — Да вот, из области приехал, очень вас друзья рекомендовали, но днём не успел к вам попасть. Можно товар посмотреть? — Ну, купить вы уже сегодня ничего не сможете, а посмотреть, конечно, можно. Мужик подходит к стойке с подарочными мышами: — А эти-то отечественные? — (с удивлением) Нет, тайваньские. — А открыть коробку можно? Я достал коробку, извлёк мышь и вручил покупателю. Тот покатал её на ладони и спрашивает: — Сами пользуетесь? — Пользуемся, конечно. Мужик проницательно смотрит мне в лицо и замечает: — Что-то по вам не очень заметно. — (во всё большем недоумении) Что как? — Как этой фигнёй бриться?

Работал я лет шесть назад в одной компьютерной сети. Крутил компы на коленке, разбирался с гарантийным железом — стандартная работа инженера. Как-то под вечер приносят мне сборочный лист и стопку комплектухи согласно перечню. Начинаю собирать и через пару минут замечаю первый косяк: мать со стандартом DDR, а планки проданы DDR2. Проблема в том, что комп продали в кредит, а значит, цена меняться не может. — Диман! Сам продал — сам собирай! Проблему решили. Через пару минут обнаружилось несоответствие процессора сокету на материнской плате. — Диман! Сам продал — сам собирай! Минут через пятнадцать подыскали на складе новый камень, укладывающийся в смету. Но и в третий раз я вскричал: — Диман! Сам продал — сам собирай! Дело в том, что к собранной комплектухе прилагался лежачий корпус microATX — естественно, полноразмерная мать и видеокарточка в него не влезли, а корпус этот клиенту очень приглянулся... Каким-то чудом компьютер был собран и даже заработал. Системник пометили особым знаком, а в мастерской вывесили листок с описанием компа. Удивительно, но за шесть лет системник «Диман» в ремонт так и не попал.

Случилась эта история в те далекие времена, когда мобильных телефонов еще никто не видел, а пейджер был непозволительной роскошью. Но во всю продавались радиотелефоны, причем отдельные умельцы добивались дальности связи трубы со станцией до двух километров. Вот и история эта об одном из этих умельцев, с которым мне довелось работать. Занимался он распространением этих аппаратов и «подключением» различных понтов. По определенным каналам поступил заказ на продажу телефона, причем заказчик хотел те самые два километра, чтоб в магазин с трубой ходить. Дом у заказчика в 16 этажей. «Да и на пять километров потянет, если на крышу антенну вынести»,- зря товарищ мой это сказал. Как оказалось потом, клиент жил всего лишь на четвертом этаже, а денег-то хочется. Недолго думая, решили проложить кабель по шахтам вентиляции – так короче. За реализацию задуманного взялись далеко в послеобеденное время. Лампочку на кухне в вентиляцию, хозяин дома, остальные на «высоту». Свет в конце туннеля виден, но как-то уж больно далеко. Ну, нам-то что. Гирю в полкило к канату и вниз, аккуратно. Пройти должна! Не проходит, ложится на что-то. Доложили хозяину. А у того как раз двухпудовая (32 кг) гиря нашлась. Её к канату! Ложится на что-то и все! Время ужинать, да и домой охота. Подняли гирю на десяток метров, чтоб наверняка засор пробить, тем самым доброе дело сделать, и отпустили. В это время где-то между 4 и 16 этажами на кухне за ужином собралась вся семья. Смотрели телевизор, стоявший на холодильнике. И, казалось бы, что тут такого? А ведь холодильник был «утоплен» в вентиляционную шахту. Вдруг с треском и грохотом над телевизором появляется здоровенная гиря! Мгновенье – телевизора больше нет! Еще мгновенье – и холодильник прошел краш тест! Полежав секунду, гиря безмолвно взмыла вверх… Коллега уверяет, что никто их не поймал. А свое «грязное» дело они через день до логического завершения все-таки довели.

Случилось это, когда я работал в одной сети в техподдержке. Позвонила нам клиентка: якобы наша сеть завирусована и поломала ей компьютер. Прибыв на место, увидели, что диск застрял в приводе. После непродолжительных манипуляций диск с антивирусом был извлечен. Оказывается, клиентка надела на него презерватив, чтобы злополучные вирусы не пробрались.

Есть у меня принтер. Средненький лазерный Epson. Лет ему немного, но чем он старее, тем тяжелее становится с ним общаться. Сейчас я пытаюсь распечатать документ и поражаюсь его подходу к делу - он хватает 4 листа бумаги, жует их, давится, удивляется, что не может их съесть и кричит о том, что подавился. Я достаю эти листы и начинаю кормить его с рук. Зато, думаю, третий месяц на пустом катридже печатает.

Сегодня настраивала Kerio WinRoute Firewall. В нём есть страничка авторизации пользователя, по умолчанию — server:4080. После ввода имени и пароля юзер может бороздить просторы интернета под моим строгим контролем. С утра проверила на компьютере директора — всё прекрасно заработало. Есть у меня напарник, мой ровесник. Несмотря на четырёхлетний курс «прикладной информатики» за плечами, этот субъект умудряется только увеличивать объём моей работы своими глуповатыми действиями. Даю ему задание пройти по всем компьютерам и поставить в браузерах server:4080 страничкой по умолчанию. Через десять минут отсутствия напарник возвращается. Дескать, поставил на три компьютера, продолжать смысла не вижу — не работает! Как так? Пошла посмотреть — действительно, на экране ошибка «невозможно загрузить страницу». Полдня сидела, копалась в настройках «Керио», а напарник за другим компом по моей команде проверял, работает server:4080 или нет. Я видела, что запросы идут на посторонний внешний IP и, естественно, режутся файрволом, но причину этого понять не могла. На моё счастье, парень ушёл на обед. Я собралась выключить тестовый компьютер, но моё внимание привлекла адресная строка браузера — в ней было вбито http://www.server.ru:4080.